Новосибирское региональное отделение

Призыв в Рабочую
партию России
Товарищи! Для того, чтобы осуществлять дело освобождения производительного труда от эксплуатации и делать это – на научной основе, то есть, на основе марксизма-ленинизма, вступайте в Рабочую партию России! Интернет-обучение в Красном Университете, раздача газет на проходных заводов и уплата взносов (2% от доходов), – будут началом вашей деятельности в Партии.

 


Из устава Рабочей партии России: «Решения руководящих органов считаются принятыми, если рабочие составили большинство голосовавших».

 

Как вступить в Рабочую партию России Программа
Рабочей партии России
Устав
Рабочей партии России

 

Записаться в Красный Университет

С ПОЛИТИКОЙ «ОПТИМИЗАЦИИ» НУЖНО БОРОТЬСЯ


Казеннов Александр Сергеевич, 
доктор философских наук, профессор,
член РПР, преподаватель Красного Университета

 

Предложение Медведева о переходе к 10-часовому рабочему дню при четырёхдневной рабочей неделе уже давно и широко обсуждается. Инициатива правительства – это очередное наступление капитала на права рабочих, на завоевания рабочего класса, которых он добивался в течение всего XIX и ХХ веков. Однако на этот раз наступление капитала на права рабочих встречает достойный отпор.

Что имеется в виду?

Имеется в виду, что пенсионную реформу трудящиеся встретили как-то инертно. Были, конечно, выступления против, в том числе и мы выступали против пенсионной реформы. Тем не менее, её как-то быстро, даже скоротечно, в том числе с помощью Путина, протолкнули. И конечно очень странно, что трудящиеся так легко отдали эксплуататорам уже завоеванные права и не защитили свои реальные интересы. Это очень мощный удар по завоеваниям трудящихся. А ведь трудящиеся долго и упорно бились за прогрессивную пенсионную реформу и в XIX веке, и в XX-ом. 60-летний возраст выхода на пенсию был определён английскими рабочими профсоюзами, так называемыми чартистами, ещё в 30-х годах XIX века. Это была профсоюзная коалиция, и она тогда, в прогрессивной Англии, постановила, что возраст выхода на пенсию должен быть для мужчин 60 лет. А тогда мужчины преимущественные и работали. Почему 60? Потому что средняя длительность жизни мужчин тогда была в Англии около 60 лет. До этих 60 лет немногие рабочие доживали, но уж если доживали, то они были такими измождёнными, что средства существования им уже было не заработать, поэтому этот возраст был уж minimum minimorum. Из него исходили как из принципа, завоеванного в первой победе.

Тем не менее, жизнь развивалась, трудящиеся отвоевали права у капитала, боролись за короткий рабочий день, за ранний выход на пенсию, за человеческие условия труда, за достойную зарплату. Поэтому длительность жизни и рабочего класса росла, и, конечно, к середине XX века этот пенсионный возраст в мире и в СССР был уже нормальным. Мужчины выходили на пенсию в 60 лет, женщины в 55, а в некоторых профессиях (шахтеры, некоторые текстильщики) и в 50. При удачной жизни, при удачных условиях, многим удавалось пожить на пенсии, отдохнуть, помочь внукам и детям, ну и так далее. До войны в этом поколении ветеранов пребывала лишь меньшая часть сверстников, а в 1980-х это было уже полноценное поколение ветеранов, возникшее в СССР. И даже проблемы появились, что вот они хотят еще поработать, а им не дают. Многие помнят замечательную советскую кинокомедию «Старики-разбойники», как двоих таких активных ещё людей в 60 лет выпроваживают на пенсию, чуть ли не силком, а они не хотят, и так далее.

В последние годы СССР в стране уже начало формироваться полноценное поколение долгожителей (72 – 90 лет). Но капитализм грубо и подло оборвал эту тенденцию, обокрав поколение ветеранов (изъяв их сбережения в Сбербанке) и укоротив среднюю длительность жизни мужчин до 58 лет при ежегодном сокращении населения на 700 – 900 тысяч человек (в основном за счёт потерь в поколении ветеранов и долгожителей; такого массового мора в мирное время ни одно государство не претерпевало).

Сегодня обстоятельства изменились, сегодня средняя длительность жизни мужчин подросла и достигает 65 лет, а возраст выход на пенсию установили таким же. То есть рабочих вернули к соотношению начала XIX века: отработал и помирай, а пенсию оставь бюрократам. Таким образом, отобрали все завоевания рабочего класса за двести лет. И первый такой сигнал, первое наступление на возраст выхода на пенсию, произошло в 1995-м году, когда соратник разрушителей СССР Собчака и Ельцина министр Греф вышел с идеей увеличения возраста выхода на пенсию.

Тогда это наступление получило решительный отпор, в том числе в газете «За рабочее дело». И как-то тогда его отбили. Причем, надо сказать, что капитал напугался и долго не поднимал этот вопрос. Зато теперь быстренько — раз — и пропихнули закон о повышении пенсионного возраста. А трудящиеся оказались неподготовленными к такой атаке, пропустили удар. Это сурово отзовется как на поколении ветеранов, так и на жизни всего общества.

И вот теперь общество, наконец, пробуждается. Наступление по линии увеличения рабочего дня до десяти часов встречает уже более дружное контрнаступление трудящихся. Многие публицисты, писатели, политики, профсоюзные деятели, просто граждане выступают и высказываются против этой инициативы капитала.

И тут нужно сказать, что, в защитники трудящихся довольно широко и глубоко исследуют эту тему, и показывают вред этой реформы, этого изменения рабочего времени и за день, и за неделю.

В том числе, скажем, появились замечательные выступления профессоров Попова Михаила Васильевича и Золотова Александра Владимировича, специалиста по этим вопросам из Нижнего Новгорода, которые уже по несколько раз высказались по этому поводу. И в общем многие негативные стороны этой предполагаемой реформы в общем вскрыли.

Думается, что сейчас пришло время обобщений и прогнозов социальных последствий: к чему это может привести.

Что имеется в виду?

Необходимо рассмотреть не только отдельно именно это наступление буржуазии, а поставить его в более широкий социальный контекст. Какой тут может быть социальный контекст?

Здесь нужно вспомнить лозунг предшествующего ельцинского периода. Какой тогда был лозунг? Тогда был лозунг: «Главное стабильность».

«Нам нужна стабильность». «Надо добиться стабильности». «Стабильность во что бы то ни стало».

Черномырдин повторял это едва ли не в каждом выступлении, что вот он за стабилизацию, за стабильное общество. И, надо сказать, что в общем-то этот лозунг реализовывался и реализовался: экономика и общество стабильно разрушались.

И, надо сказать, что несмотря на то, что экономика стабильно разрушалась, что показатели жизни все стабильно снижались, обстановка в обществе была относительно спокойной. Каких-то больших, активных протестных действий, забастовок, митингов и прочих социальных действий было мало. Отдельные выступления, конечно были. И в Петербурге, и в Москве, и в других городах. Но широкого социального протеста не было, поэтому буржуазии удалось стабильно разрушить и присвоить экономику, стабильно приватизировать результаты этого разрушения: станки сдали на металлолом, деньги вывезли за границу, там приобрели активы и недвижимость.

А в конце концов, сбежавший из президентов Ельцин пришёл на телевидение и прикинувшись простачком, сказал: «ребята, ну не получилось, извините, больше не буду; я ухожу на пенсию, а вы как хотите».

И для буржуа наступил новый период: период переваривания награбленного. Надо сказать, что, конечно, на первых порах те крупные разрушения, которые происходили в России, Путин остановил. В том числе гигантское разворовывание нефти, газа и других минресурсов, чеченскую войну и ельцинский олигархат.

Но! Какой лозунг вновь появился, и с каким лозунгом теперь уже путинское правительство фактически правит вот уже почти 20 лет?

Этот лозунг многим хорошо знаком, хотя, может быть, не придавали ему какого-то большого значения, а зря.

Этот лозунг: «Оптимизация!».

Если в какой-то сфере возникают проблемы, конфликты или острые противоречия, то её нужно … оптимизировать.

Или в ВУЗах. Ну, вот, например, в Петербурге много вузов. Ну зачем городу столько ВУЗов, это не оптимально. «Давайте оптимизируем». Ну и слили Политехнический с Торговым институтом, Финансово-экономический с Инженерно-экономическим институтом. Ну и так далее. Теперь все оптимально. Хотя еще не вечер…

Действительно, руководство сократилась, руководства стало, вроде, меньше, и работающих преподавателей стало меньше. Тоже оптимизация, а не банальные сокращения-увольнения…

Ну а главное, всё-таки, не это. Главный путь оптимизации — это оптимизация промышленного производства, где они не довели работу производства до круглосуточного режима.

Скажем, бизнесмены: они же работают по 12 часов в день, а то и по 16 часов в день, в течение всей недели. Вместе с князем Игорем поют у себя на даче: «Ни сна, ни отдыха измученной душе». Телефоны звонят, секретари и секретарши отдыхать не дают, и так по семь дней в неделю. А рабочие? Рабочим помещение купили, станки купили, менеджмент купили, они поработали 5 дней и потом уходят на два дня отдыхать. А станки простаивают. А здания простаивают, а менеджмент простаивает. Надо их заставить работать круглые сутки и круглую неделю.

Но это, конечно, не просто в условиях цивилизованного общества, в котором ещё недавно работали по 8 часов в день и отдыхали спокойно два дня. Надо это изменить.

Поэтому первую попытку, первое наступление на вот это завоевание трудящихся, несколько лет назад проделал Прохоров.

Как помнят, наверное, многие, один наш олигарх — впрочем, уже не ясно чьи они олигархи, наши или американские; я думаю, всё-таки, скорее американские — выступил с инициативой сделать 60 часовую рабочую неделю.

Что значит 60 часовая рабочая неделя?

Это значит, при тех условиях, 12 часовой рабочий день и 5 дневная рабочая неделя, всё-таки. Это значит, чтобы отработал человек и потом шёл на все четыре стороны отдыхать, в смысле помыться, доехать до дома, поесть и отоспаться.

Но надо сказать, что тогда трудящиеся встрепенулись. И публицисты, общественность встрепенулась вместе с ними очень резко, в том числе Путин на съезде ФНПР заявил прямо в глаза лидеру ФНПР Шмакову, что пока он президент 12 часового рабочего дня не будет и 60-ти часовой рабочей недели, соответственно, тоже.

Ну и, правда, успокоился быстро и инициатор Прохоров, и поддержавший его «Союз промышленников и предпринимателей».

Но они внешне-то успокоились и в какой-то степени сделали вид, что смирились, но на самом деле, конечно, никто из них не успокоился, и никто не смирился. И вот это наступление, которое сейчас осуществляется под видом перехода на четырёхдневную рабочую неделю и десятичасовой рабочий день, это продолжение линии Прохорова в другой форме.

Продолжение под видимостью, что хотят сократить рабочую неделю и увеличить отдых трудящихся, рабочего класса. Однако надо честно сказать, что прежде всего оно направлено, как раз, именно против рабочих, потому что именно рабочие создают прибавочную стоимость.

Не инженеры, не менеджеры, не ещё кто-то, а именно труд рабочего создает стоимости, которые потом перераспределяются между участниками экономической жизни.

Менеджмент, наука, инженеры создают условия, помогают рабочим, содействуют росту производительного труда, но реализуется процесс создания стоимости, происходит процесс роста производительности труда, только во время физического материального труда рабочих.

Поэтому вся эта разводка с рабочим временем направлена именно против них.

Каким образом?

Почему по видимости это даже как будто в какой-то мере и благое дело: больше дней отдыха? Часть молодежи даже приветствует эту идею: будет больше дней на танцы. А на самом деле идёт процесс «оптимизации»! То есть, подталкивание работников к работе на всю неделю, чтобы производство, станки, рядовой менеджмент работали 24 часа в течение всей недели. Ежедневно и еженедельно. Еженедельно и ежемесячно. Ежемесячно и целый год.

Это видно из той тенденции, которая есть уже сейчас в реальной жизни. Если посмотреть на работу многих категорий рабочих непосредственно: кто, где, сейчас, и сколько работает, и что за это получает, то мы увидим, что в нашей стране существует много работников, которые заняты всего один день в неделю, правда по 14-16 часов.

Один!

И получают за это 2 (две тысячи) рублей. Я знаю конкретно нескольких таких людей в одном городе. Это, во-первых, банщики. Вот, скажем, в маленьких городах, там городские муниципальные бани сегодня работают один день в неделю, в воскресенье: с 08.00 до 22.00 час. И эти банщицы получают 2000 р.

Вот хочешь – живи, хочешь – отдыхай, хочешь – на остальные 6 дней ищи такую же работу по одному дню за 2 т.р. Ну, тогда наскребёшь где-то там 14 тысяч рублей в месяц и ни в чем себе не отказывай.

Далее, есть много работников, которые заняты два дня в неделю и таких даже довольно много. Почему?

Потому что на некоторых предприятиях необходима регулярная чистка станков, помещений и прочее… где много пыли, много грязи, она скапливается, несмотря на уборку в течение каждого рабочего дня. Там на субботу и воскресенье они нанимают авральных работников, которые два дня работают, причём для этого в значительной мере стал использоваться так называемый аутсорсинг: заёмный труд. То есть фирмы есть где-то, где содержат таких вот бесправных безработных, которыми эта фирма торгует на день-два.

И она сегодня на одно предприятие кого-то отправит, на другое на два дня отпустит, завтра на третье этих же самых работников пошлет, поэтому работники-то работают всё время, но заняты они на одном предприятии один-два дня.

А некоторые так два дня и работают чистильщиками, уборщиками и пр.

Теперь, три дня! Скоро возникнет вот эта большая категория: трёхдневники. Три рабочих дня у них будет.

Почему? Что это за категория?

Это та категория, которая возникнет вследствие того, что основная масса рабочих будет работать по четыре дня (если эта реформа пройдёт; я надеюсь, что она не пройдёт с нашей помощью). Но тогда останется три дня, в которые золотоносная курица (завод, фабрика) не будет нести золотых яиц? Нет, конечно! Расчет как раз на то, чтобы курица неслась все семь дней недели, чтобы ресурсы приносили прибыль непрерывно и всё больше, больше… Поэтому, всяких несговорчивых, правдоискателей, активистов будут переводить на трёхдневку. Возникнет некий слой второсортных работников, которых нанимают не на «основное время», а на «дополнительное». И не важно, что прибыль от них пойдет в той же пропорции, что и от основного слоя.

Значит, кто-то не согласится на это, кто-то уйдёт, и возникнет ситуация, когда на эти три дня, эти же самые капиталисты-владельцы средств производства будут нанимать дополнительный народ.

И тех, кто не устраивает их на основном производстве, требует повышения зарплаты или косо смотрит на начальство, тем предложат: вот пожалуйста, работайте в эти три дня. Поэтому предприниматели запустят своё производство на 7 дней в неделю, но одна часть у них будет работать три дня, а другая часть будет работать четыре дня.

Поэтому возникнет, следовательно, четыре категории трудящихся, которые работают по 1, 2, 3 и 4 дня.

Но на этом процесс не останавливается. Скажем, вот этим, кто работает по четыре дня, им будут так ненавязчиво предлагать: «А не поработать ли вам ещё денёк, или: поработайте ещё два денька», что сегодня уже фактически на многих предприятиях происходит, когда продолжают работать в субботу и воскресенье.

Причём, не на каких-то второстепенных, а на первостепенных, крупных предприятиях, скажем, на Санкт-Петербургском металлическом заводе, спокойно работают по 12 часов и «прихватывают» субботу, т.е. шестой день. Но когда будет официально трехдневный период, будут приглашать «основных» поработать эти три дня.

Их иногда нанимают ещё и на воскресенье поработать, и они спокойно работают и получают за это время (правда, не всегда!) в полтора раза большую зарплату.

Так что формируются и, стало быть, сформируются и те, кто будет работать пять или шесть дней в неделю, но уже по 10 часов в день (т.е. 50 или 60 часов в неделю).

Теперь, те, кто на четырёхдневной останется дома, жена спросит: мол, Ваня, что-то зарплата-то у тебя маленькая, а ты три дня бездельничаешь; может тебе поработать в другом месте два-три дня.

И получится, что какие-то работники будут работать шестидневную рабочую неделю, а какие-то и семидневную рабочую неделю, но уже по 10 часов в день (70 часов в неделю).

Поэтому весь рабочий класс расколется на вот такие страты, которые будут друг с другом конкурировать и особенная конкуренция будет как раз между теми, кто работает четыре дня и три дня «на своём» предприятии… На «своём», т.е. на одном, на данном предприятии. А некоторые будут вести борьбу за право работать семь дней. Это уж ударники капиталистического труда.

Конкуренция ослабит обе эти категории. Почему?

Потому что, если кто-то будет возникать из четырёхдневных, ему скажут: «Ну так, Ваня, если тебе не нравится, то переходи сюда, на трёхдневную», а трехдневные не будут возникать, они будут завидовать первым, что те получают на 3 или на 5 тысяч рублей побольше. Поэтому это ослабит рабочий класс и повлечёт за собой снижение заработной платы, которая и без того значительно ниже её реальной стоимости.

Именно конкуренция внутри рабочего класса как раз и приводит к снижению заработной платы!

Этот процесс проходит под фальшивые крики Шмакова, Исаева, и других профсоюзных и правительственных начальников, что «зарплата будет сохранена…», что «при той же зарплате…», «без уменьшения заработной платы…»

Это – примитивный обман, который используется не одно столетие, что зарплата будет сохранена. Она будет сохранена в ближайшие месяцы, пока не проведут инфляцию.

Да, конечно, её не изменят. Почему? Потому что она изменится сама собой через несколько месяцев, от силы через год, за счёт инфляции. Это знал ещё Адам Смит в середине XVIII века и разъяснил, что, сколько бы вы ни повышали заработную плату, через некоторое время она всё равно возвращается к своей сущности. А в чём сущность заработной платы? Сущность заработной платы состоит в том, что это сумма средств, необходимых для воспроизводства рабочей силы при данных социально-культурных условиях. Причем её уровень сохраняется, если есть защищающие его профсоюзы. То есть, сейчас она одна, но за счёт инфляции она скоро уменьшится и очередной раз, если её не повысят, она придёт к тому минимуму, который капиталистам выгоден сейчас, и которого добиваются и реализуют буржуа.

А рабочий класс наш, к сожалению, вот этот момент пропускает. Он пропускает голы в свои ворота без сопротивления, без простейших защитных органов.

Нет вратарей у него. Получается игра с пустыми воротами. Поражение в ней обеспечено. А ведь ещё Карл Маркс объяснял, что профсоюзные взносы входят в заработную плату. Если вы платите один процент своего заработка в профсоюзы как профсоюзные взносы, то это вам возвращается десятками процентов в вашу заработную плату. Причём сегодня вот этот процент потерянных зарплат в России просто гигантский. Скажем, наша заработная плата она меньше стоимости рабочей силы в разы, в 400 – 500 процентов.

Разные экономисты считают по-разному, но вот, скажем, научили мы некоторых товарищей рабочих и их профсоюзы считать самим стоимость своей рабочей силы. Они высчитывают, что стоимость их рабочей силы в 4, а то и в 5 раз ниже её реальной стоимости.

Заработная плата, как цена рабочей силы, ниже реальной стоимости рабочей силы в 4-5 раз. То есть это ни в какие ворота не лезет. А на Западе и получают примерно в 4 — в 5 раз больше, чем наши рабочие той же квалификации на тех же орудиях труда.

Почему? Потому что, как только повысились какие-то цены на бензин, на продукты питания, на перевозки, ещё на что-то на 3-4 процента, так сразу предприятия уже подымаются, трясут свои профсоюзы: ставьте вопрос о повышении зарплаты. Профсоюзные лидеры идут к начальству и говорят: «Требуем повышения заработной платы, на 3 или 4, на 5 процентов».

Начальство как всегда сразу надувает щёки: «Да что вы, у нас тут модернизации, нам нужна новая техника, денег нету, поэтому, извините».

Но тогда работники объявляют забастовку и, скажем, вот «Люфтганза», например, немецкая она делает по две, а то и по три забастовки в год. И мы видим одну и ту же картину: «Денег нет» сначала, а через день останавливается работа, и через два дня деньги находятся.

То есть, это отработанный сюжет. Или, скажем, во Франции правительство заартачилось, и чего-то не стало там идти на встречу рабочим, и вы уже наблюдаете почти в течение года, как каждую субботу в жёлтых жилетах собираются французские трудящихся в центре Парижа, а теперь ещё и в других городах, и дерутся с правительственной полицией, причём иногда очень сурово даже, доходит до увечий и жертв. Поэтому суровая борьба идёт.

А наши товарищи хотят, чтобы им начальство, вдруг, ни с того ни сего, взяло и повысило зарплату. Но начальство тоже не дураки. С чего бы оно вдруг начало вам увеличивать заработную плату? За красивые глаза?

Ну, хотя бы потребуйте зарплату, не попросите милостиво, умильно улыбаясь: «Прибавьте мне, пожалуйста, тысячу рублей». А потребовать, то есть, написать заявление о повышении и на профсоюзном собрании проголосовать, что требуем увеличить нам зарплату со следующего, допустим, месяца, ну хотя бы на 5 процентов.

И посмотрите, что будет.

Практика общения с профсоюзами говорит о том, что в 99% случаяев ни до каких забастовок дело не доходит. Зарплаты повышаются на стадии или в ситуации, когда только заявляются требования.

То есть собирается собрание профсоюзное, голосуют за остановку производства, если не будет повышена заработная плата, и тогда, вдруг, оказывается, что тёща у собственника подождёт со своей новой шубой, жена подождёт с очередным бриллиантом, а зарплату повышают, хотя, конечно, есть мерзавцы крутые, которые, собрав деньги в сумку, бегут за рубеж. И сегодня ведь воруют-то уже не миллионами, а миллиардами. Миллиардами!

Причём, не кто-нибудь, а, скажем, государственный служащий в одном из районов Московской области — опять девять миллиардов рублей уволок. Куда ему 9 миллиардов рублей? Что он, олух царя небесного, будет с ними делать? Он мелкий клерк, мелкий руководитель в области, ему их некуда деть, некуда вложить, с производством не справиться. Нет, ворует, ворует, ворует… по привычке, по тупости.

Почему? Потому что, с одной стороны рабочие это допускают, с другой стороны: раз рабочие не поднимаются и начальство тоже это допускает. Почему? Потому что начальство подкупают.

Поэтому рабочие, если они не осознают этого, и не поднимаются, вот этот раскол на страты сделает их ещё более нищими, ещё более ущербными, ещё более вымирающими.

И тут готова уже другая оптимизация. Какая?

До сих пор всё-таки остаётся масса людей, которые доживают до пенсии и даже живут дольше. Ну, это как-то не оптимально с точки зрения буржуа: зачем человеку жить долго дальше на пенсии, когда он уже отработал. Приносить прибыль он уже не может — ему пора умереть.

«Вот это было бы оптимально», думает предприниматель и бюрократ. Отработал и умирай. Это вот была в начале эпохи Ельцина такая картинка: памятник на могиле, скорбное такое лицо, отмечены годы жизни «1960 – 1995» и подпись: «Заплатил налоги и спи спокойно». Да. Или как было написано на дверях одной поликлиники: «Если у вас нет денег, то будьте здоровы». Так и с этими реформами: «отработал до 65 лет и спи спокойно».

Поэтому они уже включили новый повышенный пенсионный возраст до 65 лет для мужчин и 60 для женщин. Почему? Потому что мужчины и так едва-едва до 65 дотягивают, а если они ещё пять последних лет будут продолжать работать, то многие просто не доработают, они помрут в эти пять лет. Ну а те, которые отработают до 65 лет по десять часов в день, то конечно, им останется только помереть и всё. И это конечно, с точки зрения буржуа, тоже очень оптимально.

Поработал, отдал свои силы богачам-рвачами и «спи спокойно дорогой товарищ».

А Пенсионный фонд эти деньги оприходует и украдёт, как опять только что в нём произошло: миллиардное воровство вскрыли.

Так что, как говорится, дело рабочих — дело рук самих рабочих. Или, как в свое время шутил Аркадий Исаакович Райкин: «Дело спасения утопающих — дело рук самих утопающих».

А дело рабочих это не только их личное дело, в их личных интересах. Суть дела – в общественных интересах. В чём именно? Суть в том, что сами капиталисты хотя и сознают, что производительность труда главное, и в общественном смысле, и в их производстве, но они всё-таки жадничают, им жалко денег на развитие своего производства, поэтому они хотят получить больше прибыли за счёт более интенсивной эксплуатации того, что есть, более интенсивной эксплуатации данной рабочей силы при данных условиях.

Поэтому экономят на научно-техническом прогрессе, на новой технике, на условиях труда, а главное – на зарплате. В прогрессе же производства больше всех заинтересован рабочий класс.

Но он сможет реализовать свой интерес только тогда, когда у него будут силы, будет время свободное для овладения этой новой техникой, а для этого нужно сокращение рабочего времени. И во всём мире тенденция всё-таки к тому, чтобы рабочее время сокращалось, причём это объективная прогрессивная тенденция. За счёт развития научно-технического прогресса, за счёт модернизации производства, за счет внедрения новой техники и развития способных на ней работать рабочих.

И это результат борьбы, причём острой, сильной, неустанной социально-экономической, политической борьбы.

Скажем до 10 часового рабочего дня, до понимания необходимости десятичасового рабочего дня человечество дошло только в начале XIX века.

Когда знаменитый английский предприниматель и талантливый педагог, воспитатель, можно сказать философ, Роберт Оуэн ввёл у себя на предприятии 10 часовой рабочий день, это был исторический прорыв. Везде работали от 14, иногда по 16 часов, а он установил у себя 10. Установил 10 часов, ввёл некоторые человечные отношения на своём предприятии, некоторые стимулы человечные, начал по-человечески обращаться, разговаривать с рабочими, начал заботиться о рабочей одежде, об условиях труда. И у него производительность выросла в разы. Он разорил окружающих предпринимателей, заработал много денег, стал расширяться. Стал знаменитым. Никто иной, как Николай Павлович Романов, будущий император российский, отписал ему в Англию приглашение: «Приглашаем вас с тысячей работников устроить у нас такое предприятие». Это вам не шуточки. Тогда он ещё был молодым принцем и видимо у него какие-то были романтические иллюзии на эту тему. Вот он и сделал Оуэну такое предложение. И, конечно, имело бы смысл пригласить передовую фирму, устроить у себя передовые такие же фирмы, действительно это было бы хорошо для экономики. Но вскоре и английские предприниматели, и с ними Николай Павлович, поняли, чем это грозит.

Там будут грамотные рабочие, многого потребуют. Это если везде так пойдёт, то потом ещё чего-нибудь будут политического требовать. К тому же Роберт Оуэн в это время начал Гуманистические принципы проповедовать, что рабочий класс это-мол тоже люди, что надо заниматься их развитием, что вообще надо бы больше равенства в обществе… Тут уж буржуазия не стерпела и прикрыла и самого этого Оуэна, и его фирмы.

Потому что это был утопический социализм. Это был социализм, но утопический. Тем не менее, так или иначе, идея о сокращении рабочего дня прижилась, и 10-часовой рабочий день стал медленно распространяться по Европе.

А уже в середине 1860-х годов Маркс поставил вопрос в Генеральном совете Коммунистического Интернационала о восьмичасовом рабочем дне! И вот пошла большая-большая сложная борьба, в результате которой, в начале XX века, особенно с помощью Великой Октябрьской Социалистической Революции, 8-часовой рабочий день был утверждён как социальная норма. То есть — это гигантское мировое завоевание человечества. Не русских отдельно рабочих, не России только, а мирового рабочего класса, всех трудящихся.

Под давлением социализма мировая буржуазия вынуждена была отступить, а когда в СССР приняли 8-часовой рабочий день, тогда они вообще испугались, что рабочие перебегут в СССР на такую работу, и у себя тоже вводили в массовом порядке рабочий день. Поэтому это завоевание теперь уже не только рабочего класса СССР, а рабочий класс СССР помог пролетариату всего мира дожать буржуев и заставить их перевести производство на восьмичасовой рабочий день.

И вот теперь в начале XXI века русским буржуям пришла мысль (или это западные буржуа хотят сделать эксперимент в России) увеличить рабочий день до 10 часов, т.е. вернуть рабочих в состояние эксплуатации начала XIX века. Они думают, а как это приживётся в России? Уж не говоря о том, что они разделят рабочий класс по таким фракциям, что с ним потом будет уже легко справляться. Если в России это пройдёт, то это пройдёт и во всем мире.

Поэтому, думается, что на русских рабочих, на российской коммунистической партии, лежит историческая ответственность за сохранение социальных завоеваний прошлых веков. Такая мировая ответственность, чтобы этой катастрофы не произошло.

Если это произойдёт, это будет всемирная катастрофа, это будет всемирно историческое поражение рабочего класса и всех трудящихся. Это приведёт к снижению благосостояния работников, уровня благосостояния трудящихся во всем мире, поэтому мы стоим вот на таком историческом рубеже: «Отступать некуда, позади Москва».

Поэтому необходимо, чтобы наши трудящиеся осознали эту ситуацию и выступили бы ещё более дружно и против десятичасового рабочего дня, и против четырёхдневной, а в потенции – против семидневной рабочей недели.

Это коварный замысел, это глубинный обман, но есть надежда, что он не пройдет. Граждане буржуи в России не на тех нарвались, пусть ищут дураков в другой деревне, как говорит Владимир Сергеевич Бушин.

Вот я и думаю, что в нашей деревне таких дураков быть не должно. Вот эта оптимизация наконец-то не пройдёт, мы против такой оптимизации, мы за другую оптимизацию, мы за такую оптимизацию, в которой бы были гармонизированы рабочие часы и часы отдых, рабочие дни и дни отдыха, недели труда и недели отдыха, годы труда и годы отдыха.

Это – путь снижения и рабочего дня, и рабочей недели, и рабочего месяца и года. Скажем, вот сейчас рабочие, которые входят в Российский комитет рабочих, требуют 6 часового рабочего дня. Он будет способствовать гармонизации всей жизни человека, гуманизации жизни, росту производительности труда и развитию экономики. А в итоге будет вести к прогрессу общества.

Считаю, что это очень правильное требование. Вот это требование надо отстаивать, причём при пятидневной рабочей неделе. Всего, стало быть, получается 30 часов. Это нормально для XXI века.

Это даже не новация, это, собственно говоря, возрождение той идеи Ленина и Сталина, которая была провозглашена ещё вскоре после революции, о переходе к 6-ти часовому рабочему дню.

Но тогда, на XVIII съезде ВКП(б) — это в тридцать девятом году — Сталин фактически поручил правительству готовиться и готовить промышленность, производство к переходу на шестичасовой рабочий день, но вскоре мировой капитал, может быть даже в связи с этим намерением Сталина и ВКП (б), или в значительной мере и поэтому, начали мировую войну: хотели задавить СССР, чтобы он не выступал с такими идеями. И руководству СССР пришлось эту реформу отодвинуть.

Причём, скажем, где-то к концу пятидесятых годов производство было уже готово к переходу на шести часовой рабочий день. Но предательское руководство во главе с Хрущевым вместо перехода к шестичасовому рабочему дню, сделали переход к семичасовому рабочему дню. Таким образом, сделали вид, что выполняют решение партии, но пока частично, пока отдают трудящимся только один час.

Но можно быть уверенным, что, если бы они отдали два часа, если бы был совершён переход на шестичасовой рабочий день, то экономика стала бы эффективней, жизнь в СССР было бы лучше. Рабочий класс был бы развитей и быстрее бы восстановился после войны, и конечно не допустил бы того контрреволюционного переворота, к которому его подвело фактически хрущевское и последующее руководство КПСС.

Поэтому шести часовой рабочий день — это будущее всего мира. Мир перейдёт к нему, это естественное развитие производительных сил, и нынешние производительные силы уже вполне развиты для 6-ти часового рабочего дня.

Это убедительно на цифрах доказал наш замечательный экономист профессор Александр Владимирович Золотов. Можно сейчас почитать его обоснование этого вывода в Сети. Это линия общественного прогресса, а наши буржуа и правительство, во главе с Медведевым, выступают против общественного процесса, причём, не только хотят законсервировать данную ситуацию, но хотят вернуться в прошлое, т.е. являются реакционерами: хотят вернуться к дооуэновскому времени, в конец 18-го – начало 19 века.

Ничего из этого не выйдет, человечество уже выросло из такого состояния, а за увеличение рабочего дня выступают только или тупые бюрократы вроде Медведева, или отъявленные негодяи вроде Прохорова. Прогрессивному человечеству с ними не по пути. Сторонники прогресса выступают за свободное всестороннее развитие всех людей. А для этого нужно свободное время. Ведь свободное время – это главное богатство, главное завоевание трудящихся за два последних века. И оно же – главное условие развития работника и его семьи.


 

Рубрики картой
Рубрики новостей